Когда я была маленькой, каждый раз, входя в комнату, я бросала взгляд на книжную полку, где стояли восемь разноцветных книг. Это были с первой по шестую части и две седьмые. Дело в том, что, в тот день, когда книга появилась в магазинах, мы с мамой купили её, а тем же вечером папа принёс с работы, как подарок.
Этот ряд книг никогда не давал мне забыть о моём детстве, о том, что поставило меня на ноги, потому что мало сказать, что всё моё детство прошло в этой истории про волшебников. Эта сказка дала первый толчок в жизнь вообще, на ней я выросла, и моя точка зрения на мир – это взгляд через призму этой сказки. Это как отпечаток, оставшийся от прививки от туберкулёза – выемка на коже, которая появилась у меня при рождении, и, как бы ни менялась моя жизнь, она там останется навсегда, время от времени напоминая о себе.
Я помню, что в восемь или девять лет я взяла маленькую бумажку и написала на ней простую фразу: «Не забывай своей природы». Тогда я мнила себя волшебницей, и, лишь немного повзрослев, поняла, что я итак волшебница. Потому что все люди волшебники. Их силы часто заключаются в том, что они виртуозно отталкивают от себя чудеса. Эту записку я положила под телевизор, зная, что когда-нибудь его переставят или заменят. И однажды, лет через пять или шесть, мы купили новый телевизор. Старый был ещё громоздкий, ленивый. А новый был жидкокристаллический, с цифровым телевидением и всеми возможными наворотами. Я совершенно забыла о своём послании в будущее, и с удивлением обнаружила ни на день не постаревшую бумажку на полке под ножкой телевизора. Я была счастлива, потому что я итак не забывала свою прекрасную сказку.
В тот день я дала себе обещание. Я сказала: куда бы ни забросила меня жизнь, кем и чем бы я ни увлеклась, что бы я ни наделала, и с кем бы ни жила, если однажды в моё окно влетит сова с письмом, или, если я однажды услышу в коридоре туканье деревянной ноги волшебника Аластора Грюма, я брошу всё и уйду туда, куда они меня уведут. Потому что это – моя жизнь. Моё начало, моё основание.
Годы прошли с тех пор. Я выросла. Мне тридцать два года и, оборачиваясь назад, я понимаю, что немного предала себя. Я выросла, хотя мечтала никогда этого не делать. Это получилось бы в волшебном мире, но не в нашем… Эта сказка осталась у меня в памяти, и обещание я помнила как будто вчера его дала, но стала понимать, что сова уже не прилетит. Вот бы можно было извлечь из себя ребёнка и объяснить ему, что детство прошло. Что пора двигаться дальше. Что жизнь, она горькая, но она – единственная реальная. Но что поделать, дети – это дети, и маленькая Мэри, наверно, не поняла бы. Двадцать один год назад сова не прилетела, и сейчас у меня за плечами эта, другая жизнь, которую я раньше презирала и которой боялась. Я была ребёнком, который пытается убежать от дождя в пустыне. Он всё равно настигнет, а я верила, что вдруг откуда-нибудь возьмётся крыша, летучая крыша.
И книги теперь лежат в коробке, и иногда у меня щемит сердце, как будто обиженная, преданная Мэри сидит внутри и говорит: «Ты обещала!», и что-то подталкивает меня найти эти книги. Но я боюсь. Боюсь, что расшевелю разбитую мечту, точнее, её осколки. То, чего я хотела больше всего и то, чему не дано было осуществиться, потому что эта история про чудесных волшебников, верных друзей, летающий лошадей и алый паровоз выдумана.
Но раньше я так не считала…